на главную страницу

 Форум, доска объявлений

 

    Нумизматика. 2005. июль (№8). С.26-29

  История выпуска бумажных денежных знаков в городе Майкопе в 1918 - 1920 гг.

Баранов А.Г.

Канд. ист. наук.

Москва

Денежное обращение на Юге России в 1918 г. характеризовалось дальнейшим углублением негативных процессов, вызванных продолжавшейся мировой войной, двоевластием на местном и региональном уровне, а так же действиями Советского правительства. Усилилась инфляция, активно развивался «разменный кризис».

 

В конце лета 1918 г. под натиском войск Покровского и Филимонова Красная армия оставила Майкоп. Майкопский отдел до весны 1920 г. находился под властью Кубанского краевого правительства. При белых в денежном обращении продолжали ходить деньги царского, Временного правительства и Ростовской-на-Дону конторы Госбанка («донские»). С 1919 года широкое распространение получили билеты Главного командования Вооруженных сил на Юге России (ВСЮР). Советские денежные знаки («пятаковские»), появившиеся в середине 1919 года не признавались и не принимались.

Смена власти не устранила причины разменного кризиса. 1919 и 1920 гг. в г. Майкопе особенно богаты на выпуски местных и частных бон. Выпускались они в основном мелкими номиналами для размена крупных купюр. Местные и частные боны выпускались как организациями и органами местной власти, так и частными лицами. При этом наблюдался широкий разброс по качеству их исполнения (используемая бумага, печать, оформление и т.д.).

В 1919 г. Майкопское казначейство выпустило в обращение облигации «Займа Свободы» с надписью «Без купонов стоит четыреста двадцать пять (425) или восемьсот пятьдесят (850) рублей» на 500 р. и 1000 р. облигациях соответственно[1].

После занятия белыми Майкопа, была восстановлена деятельность Майкопского военно-промышленного комитета, организации, созданной еще Временным правительством для координации распределения и выполнения военных заказов, осуществления закупок необходимого сырья и продовольствия. Майкопский военно-промышленный комитет в 1919 г. выпустил разменные чеки, достоинством в 1, 3, 5 и 10 рублей. Они были односторонними, на плотной бумаге без водяных знаков. Чек признавался действительным, если на нем был номер, стояла печать, подписи председателя комитета и кассира, а также была проколота перфоратором цифра его номинала.

В конце 1919 – начале 1920 гг. в Майкопе стал остро ощущаться недостаток мелких денежных знаков достоинством в 1, 3, 5, 10 и 25 рублей. Связано это было с тем, что эмиссионные центры (Ростов-на-Дону, Новороссийск, Екатеринодар, Феодосия и Симферополь), обеспечивавшие наличностью территории занятые Добровольческой армией, не всегда соблюдали пропорции в выпуске дензнаков разных номиналов, основную ставку делая на выпуск крупных купюр.

 

Боны Майкопских нефтяных промыслов

 

В Майкопе размещались отделения многих нефтедобывающих компаний, большое распространение в городе и на промыслах получили боны Майкопских нефтяных промыслов. По инициативе членов Совета Съезда Кубанских нефтепромышленников в 1919 г. были выпущены боны Майкопских нефтяных промыслов достоинством в 1, 3, 5, 10 и 25 руб. Боны были выполнены на картоне. На л.с. имелась надпись о том, что боны имеют хождение внутри промыслов, обмен их происходил в промысловых конторах. Удостоверялись боны подписями управляющего (синие чернила), бухгалтера и кассира (черные чернила). Обозначение серий было буквенным (А, Б, В, Г).

На оборотной стороне бон Майкопских нефтяных промыслов нумератором ставился номер. От руки, синими чернилами, ставилась надпись «Члены Совета» и две подписи. Судя по изношенности дошедших до нас бон, они активно использовались в обороте.

Несколько позднее, в том же 1919 г., были выпущены боны Майкопских нефтяных промыслов достоинством в 50, 100 и 250 руб. Их полиграфическое исполнение было выполнено более качественно. Поверхность купюр покрывала защитная сетка: розовая на 50 руб. и на 250 руб., серая на 100 руб. В отличие от бон достоинством в 1, 3, 5,10 и 25 руб., боны в 50, 100 и 250 руб. не имели серий, номера и все подписи ставились на лицевой стороне. Боны подписывали: управляющий, бухгалтер, кассир и Член Совета Съезда Куб. Нефте-пром.

На оборотной стороне имелся текст: «Настоящий бон разменивается и принимается во всех промысловых конторах только от рабочих и служащих Майкопских Нефтяных Промыслов. Имеет хождение только в районе Промыслов». Не смотря на это, боны активно ходили и вне промыслов.

По каталогам Н.И. Кардакова и П.Ф. Рябченко известен выпуск  купюры в 50 коп. от имени Управления Майкопских нефтяных промыслов, без названия. В данных каталогах этот знак отмечен как уникальный. Единственный известный знак за №3 в настоящее время находится в коллекции Г.А. Васильева. Отпечатан этот знак на пишущей машинке по правилам новой орфографии, удостоверяли его подписи управляющего промыслами Шмойлова и завконторой Касаркина. Подписи скреплялись печатью Управления. В связи с этим возникает сомнение в датировке выпуска 1919 годом. В каталоге Н. Кардакова рядом с предполагаемым годом выпуска был поставлен знак вопроса (?1919)[2]. Новая орфография на Кубани в основном использовалась только при советской власти с момента введения соответствующего декрета до конца августа 1918 года. Возобновлено ее применение после восстановления советской власти в конце весны – начале лета 1920 года.

 

Расписки Городского Общественного Управления

 

В Майкопе вновь возник разменный кризис. 13 февраля 1920 г.[3] член управы Г.В. Гутоп предоставил в Майкопскую Городскую Управу доклад, в котором проанализировал причины и следствия данного явления, и предложил пути выхода из создавшегося трудного положения. Читаем:

«При взносе в кассу Городской Управы разного рода платежей весьма часто наблюдается следующее явление: плательщик предоставляет в кассу Управы более или менее крупный денежный знак стоимостью превосходящий размер причитающейся с него суммы. Естественно, что касса должна выдать ему разность между ценностью представляемого им знака и следующего с него платежа. Но в кассе сплошь и рядом не бывает денежных знаков такой ценности, чтобы они могли служить для покрытия этой разницы. В результате – плательщик отказывается внести деньги и касса упускает возможность получить иногда довольно значительные суммы. Затруднение происходит главным образом из-за отсутствия знаков 10-ти, 5-ти, 3-х и 1 руб. достоинства, о более мелких же обычно почти не разговаривают».

Обращение за денежными знаками малой стоимости в казначейство в большинстве случаев не достигало цели. Очень часто само казначейство крайне нуждалось в мелких денежных знаках, испытывая затруднения в деле размена крупных купюр. Создавалось, таким образом, крайне ненормальное положение: плательщик, при полной готовности своей внести следующий с него платеж, не мог этого сделать по причинам стоящим вне его воли; городская касса, при всей нужде в деньгах не могла получить их опять таки не по своей вине.

По мнению Г.В. Гутопа, единственным выходом из этого заколдованного круга представлялось в разрешении городской кассе выдавать, при необходимости уплатить сдачу с крупных дензнаков, специальные расписки, которые могли бы: или собравшись у кого либо на более или менее значительную сумму, вновь обмениваться в кассе на крупные денежные знаки или в любом количестве и на какую угодно сумму предъявляться к платежу во все городские кассы (центральную и все специальные – в пекарнях, типографии, питейной и т.д.)

«Это не значит, конечно, что Городское общественное Управление выпускает свои денежные знаки которым присваивается свободное хождение всюду, наравне с государственными денежными знаками. Прием их не может быть ни для кого обязательным, за исключением городских общественных учреждений. Но и для последних эту обязательность было бы целесообразно из чисто практических соображений ограничить определенным размером приема от одного лица в известный промежуток времени.

Расписки эти должны быть выпущены достоинством в 25, 10, 5, 3 и 1 руб. и в кассу Управы поступают под условием взноса кассою на особый счет Управы в каком либо Банке соответствующей денежной суммы остающейся неприкосновенной во все время обращения помянутых расписок Управы.

Первоначальный размер выпуска было бы возможным ограничить 30 или 50 тыс. рублей, увеличивая его затем по мере необходимости. Технические стороны вопроса я не касаюсь, предполагая, что сначала важно решить данный вопрос в принципе, для чего управа должна внести его со своим заключением на решение Городской думы»[4].

Доклад Г.В. Гутопа был рассмотрен в тот же день, о чем есть запись в журнале заседаний Майкопской Городской Управы от 13 февраля 1920 г.

«…7. Слушали доклад члена Городской Управы Г.В. Гутоп об установлении специальных расписок для производства расчетов с плательщиками в городскую кассу разных сборов и налогов при сдаче с крупных денежных знаков в тех случаях, когда городская касса для сдачи не имеет денежных знаков.

Постановили: означенный доклад внести на благоусмотрение Городской Думы»[5].

Городская Дума столь важный вопрос не стала откладывать в «долгий ящик», а созвала экстренное заседание Майкопской Городской Думы 16 февр. 1920 г. под председательством Городского головы Дроздова М.Г.

«… 4. Доклад Городской управы: «О разрешении ей выпустить в обращение особые расписки, которым Управа выплачивала бы сдачу за неимением мелких дензнаков.

Городская Дума обсудив вопрос постановила:

Разрешить Городской Управе выпустить указанные в докладе расписки достоинством не в 25, 10, 5, 3 и 1 р., а в 50, 25, 10 и 5 руб. и в остальном доклад Управы утвердить»[6]. Как видно из приведенного документа, Дума предложила отказаться от выпуска расписок номиналами в 1 и 3 рубля, справедливо рассудив, что эти купюры почти ничего не стоят из-за инфляции и роста цен.

Несколько дней спустя в Майкопскую Городскую Думу поступил доклад Майкопской Городской Управы с просьбой помочь разрешить вопросы, появившиеся в связи с намеченным выпуском расписок. На этот счет в архивах найден соответствующий документ. Приводим его полностью.

Доклад в Городскую Думу Майкопской Городской Управы.

«Приступив к исполнению постановления думы о напечатании и выпуске в обращение при денежных расчетах кассы Городской Управы с плательщиками особых расписок взамен недоплаченной последним сдачи с крупных денежных знаков Управа выяснила следующие, не имеющиеся ввиду ранее обстоятельства:

Что расходы на бумагу, краски и печатание могут составить от 15 до 20 тысяч рублей, которые необходимо ассигновать с отнесением кредита на запасные суммы по смете. Сумма настолько крупная, что Управа затруднилась сама, без указания Думы, расходовать ее, имея в особенности в виду, что такая затрата рассчитана на получение расписок всего на 50 тыс. рублей.

1.                Что намеченной суммой расписок в 5, 10, 25 и 50 рублей не покрывается потребность в мелких знаках и необходимо прибавить еще расписки в 100 и 150 руб., по крайней мере удвоить общую сумму выпуска, т.е. довести ее до 100 тысяч рублей (или даже в 500 тысяч рублей).

2.                Что потребность в таких знаках для уплаты сдачи не в меньшей степени ощущается и другими кассами городских учреждений: книжным магазином, и прочими, в виду чего увеличение числа и суммы расписок находит себе оправдание и в нуждах этих касс.

В силу этого Городская Управа просит Думу дать ей разрешение а) на израсходование до 20-ти тысяч рублей на печатание расписок Управы со счета внесенных сумм, б) на выпуск расписок еще на сто и полтораста рублей, с увеличением общей суммы расписок до 500 тысяч рублей и в) на снабжение и касс городских учреждений, которые на затребованную ими сумму расписок будут вносить из своих касс крупные денежные знаки в фонд обеспечения. Основным фондом пока оставить 50 тысяч рублей и на эту же сумму выпустить расписки Управы через кассу, остальную часть расписок выпускать через кассы городских учреждений с пополнением сообразно выпуску и фонда обеспечения»[7].

Таким образом, можно сделать вывод о том, что Майкопская городская управа выпустила к концу февраля 1920 г., а скорее всего к 1 марта 1920 г. (судя по сроку обращения, на один год – до 1 марта 1921 г.) расписки номиналами в 25, 50, 100, 250 и 500 рублей[8]. Расписки напечатаны на простой бумаге, на обороте имели текст: «Касса управы обязывается по истечении трехдневного срока по предъявлении таких расписок на общую сумму в 1000 рублей обменять их на тысячерублевый денежный знак». На лицевой стороне: «Майкопская городская управа сим удостоверяет, что за отсутствием мелких денежных знаков ею недодано предъявителю сего сдачи на....» (далее шел номинал расписки). Расписка была действительна по 1 марта 1921 г., принималась в платежи по всякого рода взносам в доход города, во всех общественных учреждениях г. Майкопа и на водопроводе (об этом имелся соответствующий текст на лицевой стороне).

Расписки имеют разновидности по подписям от руки или факсимиле[9]. Подписывали их Городской Голова, член Управы (чаще всего Г. Гутоп) и кассир. Расписки имели серию и номер.

Расписки Майкопской Управы находились в обращении недолго. В начале марта 1920 г. в Майкоп вошла Красная Армия. По всей видимости, через кассы Управы прошло мизерное количество расписок. Большое количество расписок оказалось незаконченными, об этом свидетельствует то, что на них присутствуют не все подписи (обычно только Городского Головы или Городского Головы и члена Управы, но без подписи кассира). На законченные расписки, кроме того, ставилась печать Управы.

Примечания

[1] Кардаков Н. Каталог денежных знаков России и Балтийских стран 1769-1950. Берлин, 1953. С.135.

[2] Кардаков Н. Каталог денежных знаков России и Балтийских стран 1769-1950. Берлин, 1953. С.135.

[3] Здесь и далее в статье, даты по выпуску расписок Майкопской городской управы даны по старому стилю.

[4] ГАРА (Государственный Архив Республики Адыгея) Ф.1. Оп.2., Д.31. Л. 213, 213 об, 214.

[5] ГАРА, Ф.1. Оп.2., Д.31. Л.237.

[6] ГАРА, Ф.1. Оп.2., Д.31. Л.246.

[7] ГАРА Ф.1. Оп.2. Д. 33. Л. 116, 116 об.