на главную страницу

 Форум, доска объявлений

 

     К оглавлению.

 Глава III. Формирование советской денежной системы в 1918–1924 гг.

 

3.1. Денежное обращение в первые годы существования Советской власти.

 

Во второй половине 1919 г. военные поражения войск Колчака привели к потере значительных территорий. После ожесточенных боев Красная армия перешла Уральский хребет. Естественных преград на ее пути уже не было. Начался массовый исход сторонников белого движения на восток России.

По мере того, как войска Красной армии продвигались на восток России, на местах производилось аннулирование денежных знаков Российского правительства. Так, 22 сентября 1919 г. был опубликован Приказ № 16 Тюменского военно-революционного комитета об аннулировании денежных знаков Временного Сибирского правительства. Содержание приказа отражает политику Советского правительства в сфере регулирования денежного обращения. Тюменский военный революционный комитет объявлял, что, во-первых,  с 22 сентября 1919 г. аннулируются и должны быть гражданами уничтожены денежные знаки, выпущенные бывшим Временным Сибирским правительством достоинством в 1000 рублей и выше. Во-вторых, все денежные знаки бывшего Временного Сибирского правительства достоинством в 500 рублей и ниже должны быть в трехдневный срок внесены в Тюменское отделение народного банка для наложения соответствующих штемпелей, заштемпелеванные знаки будут выпускаться Тюменским отделением народного банка и будут иметь хождение в пределах действия Тюменского ревкома наравне с советскими денежными знаками РСФСР, от приема их никто не вправе отказываться. По истечении трехдневного срока не сданные в банк денежные знаки и незаштемпелеванные подлежат уничтожению. В-третьих, упомянутый срок для внесения к заштемпелеванию денежных знаков достоинством в 500 рублей и ниже сохраняет силу для уезда, с той лишь разницей, что знаки эти должны сдаваться под квитанции волостных ревкомов или исполкомов, каковые должны сдать полученные денежные знаки для наложения штемпелей в Тюменское отделение народного банка. В-четвертых, всякого рода сделки с аннулированными (незаштемпелеванными) денежными знаками бывшего Временного Сибирского правительства будут считаться спекуляцией и преследоваться на основании законов революционного времени»[1].

Держатели «сибирских денежных знаков» напрасно обрадовались возможности сохранить хотя бы часть своих денег. 29 сентября 1919 г. был опубликован Приказ № 20 Сибирского и Тюменского революционных комитетов о прекращении обращения колчаковских денежных знаков. Согласно этому приказу, на основании постановления Сибирского революционного комитета от 23 сентября 1919 г. все без исключения колчаковские денежные знаки как штемпелеванные, так и нештемпелеванные, аннулировались. Все лица, у которых такие знаки имелись на руках, обязаны их немедленно уничтожить. Начиная с 29 сентября 1919 г. законную платежную силу имели только денежные знаки, признанные Советским правительством.  Все рабочие и служащие получали единовременное пособие в размере 70% месячного оклада по февральским московским ставкам: работающие – по спискам профессиональных союзов, безработные – по спискам биржи труда. По вопросу о находящихся в обращении колчаковских денежных знаках, проштемпелеванных Тюменским отделением народного банка, губернский революционный комитет обратился в Сибирский революционный комитет с ходатайством об их обмене на советские знаки. Населению объявлялось, что по получению ответа Сибирского революционного комитета по этому вопросу будут даны дополнительные разъяснения[2].

Отход войск Колчака на восток страны продолжался[3]. 14 октября 1919 г. Красная армия перешла в наступление и успешно переправилась через р. Тобол. Двигая на уступе вперед свой правый фланг, V армия красных грозила тыловым сообщениям войск Колчака и принудила их спешно отходить за р. Ишим. Эта водная преграда была преодолена 1 ноября после незначительного сопротивления.

Вскоре после этого иркутским Губернским финансовым отделом были выпущены в обращение неиспользованные ранее билеты и купоны займа 1917 г. IV и V разрядов с надпечатками, включавшими этот выпуск в общегосударственную советскую эмиссию. Выпуск иркутских «надпечаток» производился с 26 февраля по 6 июня 1920 г. Всего выпущено на 1..158..799..200 руб.[4]

К началу 1920 г. все антибольшевистские силы покинули Зауралье и этот регион полностью перешел под контроль Советского правительства. В течение короткого срока на население Зауралья была распространена политика принудительного государственного регулирования хозяйственных отношений, вошедшая в историю как политика «военного коммунизма».

Для более полной характеристики денежного обращения в Советской России целесообразно сравнить курсы золотого золотого рубля в бумажных денежных знаках в 1917–1921 гг. Следует отметить, что под золотым рублем здесь понимается российский рубль до августа 1914 г., то есть до прекращения свободного размена бумажных рублей на золото.

 

КУРС ЗОЛОТОГО РУБЛЯ В СОВЕТСКОЙ РОССИИ 1917-1921 гг.[5]

Дата

Золотой рубль в бумажных рублях

февраль 1917 г.

3,5

октябрь 1917 г.

7,4

1-е полугодие 1918 г.

7,85

2-е полугодие 1918 г.

20,2

1-е полугодие 1919 г.

105

2-е полугодие 1919 г.

523

1-е полугодие 1920 г.

1633

2-е полугодие 1920 г.

4083

1-е полугодие 1921 г.

11300

 

Приведенные в таблице данные свидетельствуют о резком усилении инфляции и, начиная со второго полугодия 1918 г., обесценении бумажного рубля.. В 1918–1919 гг. Народным Комиссариатом Финансов был предпринят выпуск ряда денежных знаков. Все они имели хождение в Зауралье с конца 1919 г.

Первые советские денежные знаки под названием «Расчетные знаки РСФСР» были выпущены достоинством 1, 2 и 3 руб. декретом СНК от 4 февраля 1919 г.[6] и достоинством 15, 30 и 60 руб. декретом СНК от 21 октября 1919 г.[7] Кроме того, декретом СНК от 15 мая 1919 г. были выпущены в обращение разработанные еще для Временного правительства государственные кредитные билеты образца 1918 г. номиналами от 1 до 10000 руб.[8] Эти кредитные билеты получили неофициальное название «пятаковские», или «пятаковки», по подписи на них главного комиссара Народного банка Г.Л. Пятакова. В 1920 г. были выпущены расчетные знаки РСФСР образца 1919 г. номиналами от 100 до 10..000 руб. И, наконец, в начале 1921 г. – расчетные знаки в 3, 5 и 50 руб. (образца 1920 г. без обозначения даты).

Расчетные знаки, эмиссия которых осуществлялась «в пределах действительной потребности народного хозяйства в денежных знаках», то есть практически без ограничений, печатались вначале только в Петрограде, в старой экспедиции заготовления государственных бумаг. Затем денежные фабрики были созданы в Москве, Пензе, Перми, Казани и Ростове-на-Дону. Работало еще несколько вспомогательных предприятий. До 1 января 1921 г. советским правительством было выпущено денежных знаков на 2338,3 млрд. руб.[9] Расчетные знаки РСФСР должны были вытеснить из обращения все ранее употреблявшиеся виды денежных знаков.

Проводимая в годы гражданской войны Советским государством политика принудительного государственного регулирования народного хозяйства, известная как политика «военного коммунизма», предполагала получение от крестьян продовольствия и сырья в натуральном виде (фактически его экспроприацию). Была введена монополия хлебной торговли, централизованы производство и распределение продуктов, уравнительное распределение продуктов (которые выдавались населению по карточкам). В апреле 1918 г. был введен товарообмен в государственном масштабе. С приходом Н.Н. Крестинского Наркомфин принялся осуществлять радикальную финансовую политику, направленную на немедленное утверждение «коммунистических производственных отношений»[10].

Функции банка как расчетного центра также были сведены к минимуму, поскольку все расчеты велись с госбюджетом в порядке сметного финансирования предприятий и их доходы зачислялись на счета бюджета. Таким образом, в течение двух лет изменилась сама сущность Народного банка. Из банка он трансформировался в орган, который наряду с другими финансовыми органами обслуживал в основном бюджетные операции. Функционирование двух параллельных структур было нецелесообразным. Более того, само существование учреждения под названием Народный банк противоречило идее безденежного хозяйства, которое в то время пытались построить большевики.

В течение 1918–1920 гг. во всех учреждениях и предприятиях постепенно вырабатывался взгляд на Народный комиссариат финансов как на учреждение, в значительной степени отжившее и подлежащее ликвидации..[11] Точно также казался ненужным и Народный банк. С введением «безденежных отношений» кредитно-банковская система выглядела лишней.

В денежной политике советского государства в сильнейшей степени сказались представления об отмирании товарного производства уже в 1919–1920 гг. и возможности перехода к распределению. Выступая в мае 1919 г. на 1 Всероссийском съезде по внешкольному образованию, В.И. Ленин говорил: «Можно ли как-нибудь сразу их (деньги) уничтожить? Нет. Еще до социалистической революции социалисты писали, что деньги отменить сразу нельзя, и мы своим опытом можем это подтвердить. Нужно очень много технических и, что гораздо труднее и гораздо важнее, организационных завоеваний, чтобы уничтожить деньги... Чтобы их уничтожить, нужно наладить организацию распределения продуктов для сотен миллионов людей, – дело долгих лет».[12] Слова В.И. Ленина расходились с реальным положением вещей. Именно в это время все делалось для того, чтобы отменить деньги и денежное обращение не по прошествии долгих лет, а немедленно, в течение года-двух.

Сложившаяся в стране система снабжения, отказ от оплаты многих видов товаров породили иллюзию того, что деньги, как экономическая категория, начали отмирать. Вопрос о том, быть или не быть деньгам, дебатировался на съездах и совещаниях, на страницах газет и журналов, причем, особенно усердствовали «левые коммунисты».

Газета «Правда» писала: «Перед нашими глазами постепенно вырастает одно из таких преобразований – уничтожение роли денег, уничтожение самих денег... Трудно сразу оценить все значение постепенного отмирания денег для всего дела общественного воспитания, для всей психологии среднего человека. Испокон веков обыватель привык к мысли о деньгах как о само собой разумеющемся устое жизненных отношений, данном чуть не самой природой. И вот - тысячелетние устои товарного строя рушатся, как карточные домики после первых же лет организационных усилий победившего пролетариата... Наши дети, выросши, будут знакомы с деньгами уже только по воспоминаниям, а наши внуки узнают о них только по цветным картинкам в учебниках истории»[13].

Предлагались различные проекты замены денег «именными трудовыми билетами с определенным количеством купонов», «расчетными книжками», чеками и т.п.[14] Выдвигались теории о последовательном отмирании функций денег в новых условиях. «Уже не существуют вовсе деньги в функции меры стоимости, – писала газета «Экономическая жизнь», – так как многие предметы стали отпускаться населению бесплатно, и потому, одна и та же единица денег в разных местах или даже в одном месте в разное время имеет разное значение»[15].

Декреты Совета Народных Комиссаров об отмене платы за товары и бытовые услуги сводили на нет функцию денег как средства обращения. Деньги должны были отмереть к тому времени, когда советское государство полностью натурализует свои отношения с крестьянством в области заготовки сельскохозяйственных продуктов и когда увеличение пайков рабочим и служащим избавит их от необходимости «бежать на Сухаревку»[16]. Считалось, что в результате отмирания всех функций денег они потеряют свое значение и как сокровище, и «останутся только тем, что они есть в действительности - цветной бумажкой»[17].

В марте 1919 г. все государственные предприятия были переведены на бюджетное финансирование, а позднее - и все кооперативные предприятия[18]. Таким образом, кредитные функции Народного банка были сведены к минимуму. В конце 1919 г. филиалы Народного банка были реорганизованы в подотделы губернских и уездных финансовых органов. В 1920 г. была отменена квартирная плата, плата за почтовые и коммунальные услуги, плата государственных предприятий, учреждений и населения за топливо. В январе 1920 г. Народный банк был упразднен[19]. Эмиссия денежных знаков и их распределение перешли к созданному Центральному бюджетно-расчетному управлению Наркомфина. В начале 1921 г. натуральная оплата составляла 93% заработной платы рабочих и служащих.

Сторонники теории и практики отмирания денег упорно не желали видеть очевидных фактов. В годы «военного коммунизма» сфера индивидуального обмена не только не сократилась, а, напротив, увеличилась. Появились новые продавцы и покупатели: кустари-одиночки, представители бывших эксплуататорских классов, рабочие и служащие, несшие на рынок свой паек. Крестьянское хозяйство оставалось полностью мелкотоварным. Орудием торговли по-прежнему были деньги. Деньги практически были вытеснены лишь из сферы государственной промышленности. Даже в условиях «военного коммунизма» государство не могло отказаться от денег: для него необходима была эмиссия как источник дохода, как источник покрытия бюджетных дефицитов.. Ведь все прочие доходные статьи бюджета в эти годы постепенно сокращались и сводились до минимума. Советское правительство отменило всякие формальные ограничения эмиссии. С мая 1919 г. выпуск бумажных денег было разрешено производить «в пределах действительной потребности народного хозяйства в денежных знаках»[20].. То есть без всяких ограничений.

Партия большевиков рассматривала ликвидацию денег в перспективе как следствие свертывания товарных отношений, как следствие замены торговли планомерно организованным распределением[21]. Ответом на неограниченную эмиссию был гигантский рост цен на «вольном рынке», что объяснялось прежде всего тем, что промышленность и сельское хозяйство производили очень мало товаров широкого потребления и спрос на них не удовлетворялся.

Однако деньги по-прежнему сохраняли свою роль. Рынок продолжал существовать в различных формах и лишить его бумажных денег значило одно: государство потеряет дополнительный источник обеспечения своих расходов за счет эмиссии. Причины усиленного выпуска бумажных денег некоторые теоретики объясняли экономическим влиянием крестьянства. Крестьянству, по их мнению, выгоднее высокие цены, чем общегосударственные налоги. Часть сторонников отмирания денег рассматривала усиленный выпуск бумажных денег как средство к их окончательному уничтожению через неограниченную эмиссию и обесценение рубля. Это расценивалось как явление, способствующее победе социализма, ибо оно экономически разоружало бы классовых врагов пролетариата.

В марте 1919 г. состоялся VIII съезд РКП(б) на котором в числе прочих вопросов обсуждались задачи партии в области денежного и банкового дела. Уничтожение денег рассматривалось как мера преждевременная, но необходимая в будущем, когда станет возможно осуществить систему мероприятий, готовивших почву для уничтожения денег.

«В первое время перехода от капитализма к коммунизму, пока еще не организовано полностью коммунистическое производство и распределение продуктов, уничтожение денег представляется невозможным,говорилось во второй Программе РКП (б) 1919 г... При таком положении буржуазные элементы населения продолжают использовать остающиеся в частной собственности денежные знаки в целях спекуляции, наживы и ограбления трудящихся. Опираясь на национализацию банков, РКП стремится к проведению ряда мер, расширяющих область безденежного расчета и подготовляющих уничтожение денег: обязательное держание денег в народном банке; введение бюджетных книжек, замена денег чеками, краткосрочными билетами на право получения продуктов и т. п.»[22]

В феврале 1920 г. В.И. Лениным на съезде представителей финансовых отделов советов было сказано следующее: «Деньги, бумажки все то, что называется теперь деньгами, – эти свидетельства на общественное благосостояние действуют разлагающим образом и опасны тем, что буржуазия, храня запасы этих бумажек, остается при экономической власти. Чтобы ослабить это явление, мы должны предпринять строжайший учет имеющихся бумажек для полной замены всех старых денег новыми… Это будет последний, решительный бой с буржуазией»[23].

Наиболее ярко и афористично протекавшие в денежном обращении Советской России процессы охарактеризовал Е.А. Преображенский в предисловии к своей книге «Бумажные деньги в эпоху пролетарской диктатуры»[24]. «Я хотел бы посвятить это несовершенное произведение тому, кто совершенством своих произведений и их несметным количеством дал повод к написанию этих страниц: печатному станку Народного Комиссариата Финансов. Революционное правительство Франции было в состоянии существовать и вести войну благодаря выпуску бумажных денег: ассигнаты спасли Великую Французскую революцию. Бумажные деньги Советской Республики поддержали новую власть в самый трудный период ее существования, когда не было возможности прямыми налогами оплатить издержки гражданской войны. Слава нашему печатному станку! Ему осталось, правда, уже не так много жить, но зато он на три четверти сделал свое дело. В архив великой пролетарской революции, рядом с пушками, винтовками и пулеметами нашей эпохи, разившем врагов пролетариата, на почетном месте будет стоять станок того пулемета Наркомфина, который обстреливал буржуазный строй по тылам его денежной системы, обратив законы денежного обращения буржуазного режима в средство уничтожения этого режима и в источник финансирования революции»[25].

По некоторым данным установлено, что общая наличность, отягощавшая сферу денежного обращения республики Советов, равнялась 1.994.464.460.000.000 руб.[26] Львиную долю этой астрономической суммы напечатало большевистское правительство.

Денежное обращение в первые годы Советской власти осуществлялось на основе утопичной теории отмирания денег по мере развертывания строительства социализма. Как первые социалистические преобразования Советской власти в октябре 1917 г. – начале 1918 г., так и введенная с весны 1918 г. в связи с началом гражданской войны политика «военного коммунизма» были направлены на сужение сферы частного капитала и формирование господствующей роли государственного сектора в экономике.  Деятельность Советской власти в сфере регулирования денежного обращения имела своей целью сужение функции денег как экономического социального института, вытеснение их из сферы государственного обобществленного хозяйства. Политика принудительного государственного регулирования хозяйственных отношений не привела к искоренению денег как общественного института. Поскольку в ткани хозяйственной жизни оставались регулируемые ими процессы. Благодаря успешному осуществлению чрезвычайной по своему содержанию и негативной по своим пролонгирующим последствиям, но единственно возможной в условиях развернувшейся крупномасштабной гражданской войны политики «военного коммунизма» было организовано снабжение продовольствием Красной Армии, что стало одной из важнейших причин победы Советской власти. Однако стимулы к росту производительности труда были существенно ослаблены и экономика весны 1921 г. (то есть продолжение «военного коммунизма» в мирных условиях) превратилась в политику, породив крупнейший в истории Советской власти (к тому времени) политический кризис. Выход из кризиса был найден В.И. Лениным в изменении содержания экономической политики Советской власти. Создание стабильной денежной системы стало одним из важнейших направлений НЭПа и вошло в число ведущих задач Советского правительства.

 


 



[1] Вычугжанин А.Л., Отрадных О.А. История банковского дела Тюменской области. – Тюмень. – 2004. – С. 458.

[2] Вычугжанин А.Л., Отрадных О.А. История банковского дела Тюменской области. – Тюмень. – 2004. – С. 458.

[3] См. Какурин Н., Ковтун Н., Сухов В. Военная история гражданской войны в России 1918-–920 годов. – М.: Евролинц, 2004. – С. 105-116.

[4] Наше денежное обращение. Сборник материалов по истории денежного обращения в 1914–1925 гг. /Под ред. Л. Н. Юровского, Финансовое изд – во НКФ СССР. – М., 1926. – С. 280.

[5] Денисов А. Е. Бумажные денежные знаки РСФСР, СССР и России 1917–2005 годов. Ч. 1. Государственные бумажные денежные знаки РСФСР и СССР 1917–1924 годов. – М. : «Дипак», 2004. – С. 14.

[6] СУ – 1919.. – Отдел 1. – № 10-11. – 21 апреля. – Ст. 102 (Известия ЦИК. – № 27. – 6 февраля).

[7] Там же.. – № 52.. – 27 октября. – Ст. 506.

[8] Там же. – № 16. – 17 мая 1919. – ст. 179.

[9] Баранов А.Г. Денежное обращение и эмиссии бумажных денежных знаков на Северном Кавказе в 1917–1920 годах: Монография. – М., 2004. – С. 51.

[10] Денисов А.Е. Бумажные денежные знаки РСФСР, СССР и России 1917–2005 годов. Ч. 1. Государственные бумажные денежные знаки РСФСР и СССР 1917–1924 годов. – М.: «Дипак», 2004. – С. 16.

[11] Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам (1917–1928 гг.). – М., 1967. – Т. 1. – С. 258.

[12] Ленин В.И. Полн. собр. соч. – Т. 38. – С. 352-353, 363.

[13] Правда. – 1920. – 17 октября.

[14] Мельникова А.С. Твердые деньги. – М., 1971. – С. 29.

[15] Экономическая жизнь. – 1920. – 7 ноября.

[16] Крупнейший московский рынок того времени, расположенный на площади возле Сухаревской башни в центре города.

[17] Экономическая жизнь. – 1920. – 7 ноября.

[18] Денисов А.Е. Бумажные денежные знаки РСФСР, СССР и России 1917–2005 годов. Ч. 1. Государственные бумажные денежные знаки РСФСР и СССР 1917–1924 годов. – М.: «Дипак», 2004. – С. 16.

[19] СУ – 1920. – Отдел 1. – №4-5.. - 28 января. – Ст. 25 (Известия ВЦИК. – № 16. – 25 января).

[20] Собрание узаконений и распоряжений рабочего и крестьянского правительства. – М., 1920. – № 76. – 17 мая.

[21] Ленин В.И. Полн. собр. соч. – Т. 36. – С. 74.

[22] КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. – М., 1970. – Т. 2. – С. 56.

[23] Ленин В.И. Полн. собр. соч. – Т. 36. – С. 354.

[24] См. Преображенский Е.А. Бумажные деньги в эпоху пролетарской диктатуры. Финансы в эпоху диктатуры пролетариата. – М.: НКФ., 1920.

[25] Преображенский Е.А. Бумажные деньги в эпоху пролетарской диктатуры. Финансы в эпоху диктатуры пролетариата. – М.: НКФ, 1920. – С.. 44.

[26] Щелоков А. Свидетели истории. – М., 1987. – С. 50.

 К оглавлению.

©   При использовании этих материалов ссылка на сайт "Бонистика" www.bonistikaweb.ru обязательна

 


; Цены на деньги России